Я и еще 179 таких же

Рубрика: Как это сделано? · Автор: Понедельник, 28 Октябрь, 2019

В четвертом классе я любила читать литературу Лидии Чарской про жизнь институток — воспитанниц женского учебного заведения. Я вдохновлялась писательницей, придумывала свои истории о студентках и жалела, что не родилась в девятнадцатом веке. Недавно я узнала, что в наше время еще существуют такие учреждения, где в составе учеников — только девушки. Одно из таких мест — женская гимназия номер 644. В ней обучается Ксения Кузнецова — ученица десятого класса, которая любит свою школу, знает ее историю и мирится со всеми недостатками обучения в исключительно женском обществе.

 «Раньше 644 была детским садом, пока ее не преобразовали в турецкую гимназию, где учились мальчики. В 1995 году гимназию реформировали, и появилось сразу два здания — и женское, и мужское, которые сейчас находятся в разных районах. Какое-то время у нас даже действовал интернат».

В здании женской гимназии умещается 180 девочек. В этом году набрали два класса, такого в истории школы еще не было. Учебные группы небольшие: например, в десятом классе числится всего 13 девочек.

Наверняка, все в школе знают друг друга хотя бы в лицо: одна параллель на год — вот и вся гимназия, которая умещается на двух этажах. Места хватает для самого нужного: двух актовых залов, столовой, спортивного комплекса, даже шкафчики есть рядом с кабинетом химии. Девочки учатся в то же время, что и школьники в других учреждениях, но есть большая перемена в 55 минут между пятым и шестым уроками — на обед.

Перемена почти в час — одно из основных преимуществ в гимназии. Но за комфорт ученицами приходится «платить» соблюдением строгих правил: макияж и маникюр в школе запрещены, а волосы должны быть аккуратно собраны. «Каждый понедельник у нас проходит линейка, во время которой нам рассказывают о планах на предстоящую неделю и оценивают наш внешний вид. Тех, кто одет неподобающе, вызывают в центр линейки со словами: «Выйди, пожалуйста, и объясни, почему ты сегодня так убого выглядишь?» Иногда и придираются к школьницам ни за что: бывает, девочки сдают тетради, а им исправляют написанное, опуская строчки на несколько клеточек вниз, можно и замечание получить за то, что дата стоит не ровно по центру страницы. Здесь за успеваемостью следят, и среди всего класса есть только одна девочка, которая учится на тройки. Учителя сильно давят, если замечают, что девушки перестают трудиться. Самая частая фраза в подобных случаях: «Что-то ты скатилась». Особенно сильно достается отличницам.

Очевидно, что на учениц преподавателям не все равно, и они готовы обсуждать их и вне уроков: «Они как лучшие подружки, в учительской про нас могут говорить часами, даже не скрывая этого, порой это трудно переносить спокойно. Чаще их интересует наша успеваемость, но иногда они даже могут затронуть и личные темы, например, взаимоотношения между нами в классе».

Возможно, учителя гимназии пытаются построить небольшое общество внутри каждого класса, существование которого можно было бы наблюдать и контролировать. Чтобы ни одна «шестеренка» не вышла из строя, в учебе не должно быть отстающих. Поэтому на вступительных экзаменах по математике и английскому языку задания труднее, чем задания на ОГЭ. На собеседовании будущих учениц проверяют на знание немецкого, а с плохим аттестатом в школу не берут.

Однако еще в школе особо болтливые девочки могут отвлечься от заучивания формул и аксиом: «С подругами мы разговариваем обо всем: не только об учебе, но и о фильмах, сериалах, книгах, моде, ноготочках. Но, естественно, не забываем и про парней… Иногда не хватает этого шума и безбашенности, что они вносят в коллектив. Когда вы всю жизнь учитесь вместе и вас не разделяют, с каждым новым другом тебе все легче обзаводиться еще одним, а вот у нас такого опыта нет, и нам трудно первыми предложить общение». Учительницам Ксении не легче: в гимназии есть мужчины-педагоги по ОБЖ и географии, и каждая преподавательница пытается захватить их внимание. Эти попытки понравиться всегда заметны среди учениц и очень их смешат. Без мальчиков не перед кем красоваться. Наверное, благодаря этому в гимназии нет зависти и травли, не устраиваются бойкоты, но вот слухи разлетаются очень быстро.

 Описанная Ксенией гимназия оказалась не такой, какой я ее себе представляла. Мне казалось, что в женской гимназии обязательно должен быть урок этики и бального танца. От подобной дисциплины сохранились  правила, по моему мнению чересчур суровые, будто бы компенсирующие отсутствие самого предмета. И хотя ученицам тоже не нравятся замечания, они признают, что внимание учителя к проблемам в учебе показывает, что педагог не против тебя, а наоборот, твой союзник. Такое отношение складывается потому, что в маленьких классах гимназистки чувствуют себя как на индивидуальном обучении. Учителя тщательно готовят учениц к экзаменам, подолгу разбирают не понятные для каждой из них темы. «Когда мне хочется уйти отсюда, я сразу же понимаю, что так, как здесь, меня больше нигде не научат», — говорит Ксения. — «Из-за того, что я много учусь и почти всегда нахожусь среди девочек, моя мама думает, что я идеальная дочь и не вожусь с плохим компаниями, поэтому, когда я говорю, что собираюсь пойти к подруге на ночевку, она меня спокойно отпускает, хотя в это же время я могу отправиться на вечеринку». Мои родители всегда проверяют, дошла ли я до подруги, просят присылать им фото-отчет. Я бы хотела от мамы больше доверия, но я не учусь в женской гимназии и пока что только получаю сообщения на телефон: «Мне не нравится Лера, с которой ты общаешься.Чтоб к 9 была дома!»


Поделиться:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *