«Вычистим землю, посадим сад и сами еще успеем погулять в этом саду», – сказал главный герой фильма «Мой друг Иван Лапшин». Он был снят в 1984 году Алексеем Германом по мотивам повестей его отца, Юрия Германа. Эта история, однако, не только об одном человеке, а о жизни всего поколения 30-ых годов. Времена жестоких репрессий и голод были тяжелыми, но слова Лапшина как будто отражают то, ради чего люди жили – они верили в светлое будущее.
Фильм – это рассказ сына о друге своего отца и его ближайшего окружения. Между рассказчиком и самим режиссером будто есть параллель, ведь они оба говорят о прошлом, о времени, когда жили их отцы. Главным героем предстает Иван Лапшин (Андрей Болтнев) – начальник уголовного розыска, который преследует банду Соловьева. Лапшин кажется немногословным, холодным человеком, как будто «каменным». Таким он показывает себя другим, наверное, вынуждает опасная работа. Но по ходу сюжета у него проявляются чувства – он влюбляется в актрису Нину (Наташа Адашова). Кадр, как он лезет к ней через окно на втором этаже, выглядит так, будто его вырезали из пьесы Шекспира. Актриса даже говорит, что «этому дому сто лет», будто отсылая на романтический 19 век. Лапшин эмоционально признается ей в любви, но, когда она говорит, что любит другого, снова «черствеет». Поскольку он не дает волю своим чувствам, он начинает причинять себе вред, намеренно обжигая руку в кипятке.
Повествование не концентрируется на одной сюжетной линии – любовь или преследование Соловьева – и становится обычным отрывком из жизни героев. У меня сложилось впечатление, что фильм состоит будто из вырезанных репортажных и архивных кадров, показанных по хронологии. Это либо ставшая коммунальной квартира, где живет шесть человек, либо улица и театр, куда друзья часто наведываются. Один раз там из-за кулис показывалась постановка «Пира во время чумы». Лапшин с приятелями словно тоже «пируют» в своей квартире, где они есть друг у друга. Стены коммуналки часто обрамляют кадр, что передает защищенность. Тогда вся удрученность и безнадежность остается снаружи. Она чувствуется через черно-белость фильма, которая наступает тогда, когда показываются 30-ые годы. А зима, во время которой происходят события, передает мерзлоту и слякотность, которую чувствовали люди. На улице, на фоне рутины, выгружают на повозку замерзшие трупы, символизирующие смерть, к которой люди начали уже привыкать. Посреди этого абсурдно слышать музыку от играющего там небольшого оркестра, которая совсем не вяжется с настроением. Из общей картины она сильно выделяется, потому что остальные кадры наполнены только «звуками жизни». Музыка – это как напускная торжественность, показательное «все хорошо», которые, конечно, никому тогда не были нужны. Даже актриса жалуется, что от этого у нее уже гудит голова.
Эта героиня мне показалась ветреным человеком, но главное ее качество – эмоциональность. В театре она играет не очень хорошо, зато в жизни может подстроиться под любую ситуацию, если захочет. Она будто пытается сделать серую жизнь более красочной. Может поэтому она и полюбила Ханина (Андрей Миронов) – писателя и журналиста. Его образ, мне кажется, противопоставлен Лапшину. Он весел на людях, легок в общении, и всегда поможет «по-житейски». Когда как его друг начнет, может быть, давать наставления, если кто-то провинился. У них разные подходы к жизни, и Нина выбрала того, с кем весело. Наверное, потому что хмурости и так хватало. Но ни у кого ничего не было хорошо – даже у Ханина. Он, хоть и показывая себя беззаботным, пытался застрелиться из-за смерти жены, но так и не смог, случайно выстрелив в воздух. Он не планировал показать свою слабость другим, так что завернулся в одеяло, прячась от всех, как ребенок. Под конец и у Лапшина случается своеобразный срыв, когда он, теряя хладнокровие, убивает Соловьева. Только курок в этом случае был направлен в другую сторону.
Фильм, мне кажется, и показывает то, насколько люди в то время были на пределе. Они пытались найти радость в мелочах и чем-то себя развлекать: будь то игра в шахматы или просто дружеские «пиры». Только это, может быть, и спасало от ледяной Чумы.